разговор

белый шум со двора напирает на дверь
над столом возвышает свой corpus
разговор
освещенный с одной из сторон
ослепительной речью хозяина
затенненый с неравных граненных сторон
омраченными речью гостями
corpus падает на пол и бьется об пол
как тарелка
я подбираю осколки
чтобы их закопать как белка

вы понимаете русскую речь
?
вы говорите по-русски
?
русская речь закатилась под печь
мы ее больше не чувствуем

мы отражаемся в зеркалах
сферических глаз человеческих
они иногда искажают нас
но чаще они нас калечат

я подбираю простые слова
сколько осколков получено
?
то что я наспех подобрала
в дело пущу при случае

сколько о-сколков о-сколько сло-гов
сколько о-статков от целого
!
то что сегодня упало под стол
было недооценено

господи упаси

господи упаси

 как говорят на Руси

добрые бабы

те которые вас хотя бы
не посылают в спину
ибо на Руси рты
как помойные ямы
и все на ты

oй как некрасиво
!
oй не порочь родного края
!
знаю
пригодится испить воды
просто я всем чужая
здесь это объяснимо

русская как гармонь
в руках Америки
не возвращусь домой
с чужого берега

русская как душа
-выкрик из зала-
что же ты там нашла

?
 то что искала
речь по-английски
праздник без близких
имя без отчества
и одиночество

Америка антиэстетика

Америка антиэстетика
улиц подземок жилья
свобода сознанья 
эклектика
Америка радость моя

а там моя даль Россия
ж.д. к.п.п. лагеря
простор бездорожья
красива
Россия печаль моя

человек один

 человек один
человеку бесприютно и холодно
человек родил из чрева
девочку и двух мальчиков
человек стал матерью
потому что он женщина
человек ничего не может что не дано ему
человеку не знаком твой язык 
язык действия
 вчера движением пальца отбросив в кусты машину  
ты спас человека от неминуемой смерти
человек перевел дыхание и отнес это к воле случая
человек одинок 

 окруженный знакомыми
знакомые создают шум и заглушают слово ангела
ангел в мирской суете опустил голову
человек ни в ком не находит сочувствия  

он родил в этот мир троих
девочку и двух мальчиков

(стихотворение)

движение по кругу секундной стрелки или 

(в буквальном переводе) 

второй руки по циферблату или 

(в буквальном переводе) 

по лицу

невольно складываются в улыбку над собой 

или над мухой 

застывшей в середине дома 

как в янтаре 
времени
.

в изображениях семейного альбома 

жизнь представляется двухмерной анфиладой 

и птица на ограде зоосада 

воспринимается крупнее чем лев сидящий в глубине загона 
жизни

но жизнь стирается как пыль с поверхности стола 

и то что было сказано вчера 

забудется как муха в янтаре 
упавшая под стол

зажатое в зубах стихотворение как муха в янтаре 
став украшением 

скатилось со стола под радиатор 

и там его никто уж не нашел

(и не искал)

возьми куб комнаты со мной в прошедшем времени 

и положи под микроскоп для рассмотрения 
и что окажется внутри? 

(стихотворение)

музыкант музыкант

музыкант музыкант пальцы белые

 сладкозвучны твои напевы 
и своим восхитительным соло 

ты терзаешь меня до боли
слышу власть твоего дыхания
и изъян моего молчания
бесконечную безначальную
несказуемую печаль мою

с главной площади вдоль по улице
тонкой лентою вьется музыка 
душу душу мне бисером нижет
уши уши мне пламенем лижет
светом сыплется
звуком дышит

раскаленным горном льется
горлом плавленная струя 

 в опрокинутой чашке бьется
недопитая жизнь моя
 нету дна у флейты бутылки

бесконечную песенку льешь
и заслушаваясь напевом
зачарованная дева

  на дорогу кидает грош

...........

...........

или это слово
языка чужого
языка немого
жадного сухого
или это снова
угль из-за засова
раскаленный взгляд
разливает яд
низменный подземный
скрытый неизменный
ток ли это
зов
потайных основ
доли незавидной
поля половины
откровенье крови
вздувшей вены вроде
русла в половодье
лавою лавиной
горною долиной
пола гон старинный
зрящему не видный
под подолом длинным
донный монотонный
звон ли это гонга
звук ли это горна

стон ли это горла
всхлип ли это вслух
воспаленных губ
иль колодца глубь

внутрь не заглянуть

яркое солнце в феврале

яркое солнце в феврале
пляшет на режущем острие
ветра
воспаление легких ветвей 
распространяется и по моей 
коже
в этом году у нас выпал снег
и взбударажил о весне 
память
в ней пробивается росток 
дикой не смытой в общий поток
мысли

чем могу

чем могу поделиться с любимыми чадами
чем могу осчастливить детей?
вкусный ужин подам со здоровыми блюдами
и не буду о злобе дней

все тревоги мои немногого стоят
потому что не я нарисую
на знакомых ладошках их линии судеб
так зачем горевать впустую?

время ужинать?
да
огорчаться не стоит
потому что любви поток
не позволит всему что черпаю в ладони
между пальцами кануть в песок

потрепанным ковром опавших листьев
покрыта почва на зиму
и графика стволов
напоминает прописные буквы
с наклоном в сторону преобладания ветров

и я как в чтенье углубляюсь в перспективу
где за стволами прячутся стволы
пока один зазориной для глаза
не перечеркивает всю строку
как неудавшуюся фразу

Лот

Лот с высоты смотрел на пламя
уничтожающее память
Содома и не понимая
зачем его за руку вывел бог

Лот мог бежать спасаться в горы
но предпочел сгореть в Сигоре
чем оставаться в целом мире одному

океан

океан океан
окаянные рьяные воды
соль пены
и
соло волны

 тайна тайна
на дне твоем рыб молчание

с пеной у рта водоем
губы тяжелых волн 
смыкать не смей
водой пролей:
на дне моем
есть жизнь без людей

важней семья

за мужество сочту супружество
сотрудничество дум 
рук
 в осознанной зависимости двух
лиц

отказ от прихотей
важней семья 
отказ от дружества
и от себя
   
за путанный узел будничных дел 
сочту супружество союза тел
умноженных

со-узничество до забытья 
в невольничестве бытия 
соеденяет тебя и меня

 в безумном замысле взрастить детей
осмыслю заново чтобы признать вполне 
свободу иx
и убоясь 
непредсказуемости судеб
молиться буду

как око

врастает сильный лес в ультрамарин небес
шершавые стволы штрихом затенены
как пальцами рука шелк шевелит река
не сбитый ветром лист на черенке повис
и месяц смотрит вниз как око без ресниц

все будет хорошо

бьется жилка на руке
рюмка жидкости в руке
в ней на донышке осталось
умножается усталость
на невыпитый портвейн

"осень" - хочется сказать
очень хочется сказать
пью за новое начало
чтоб не очень огорчала
подступившая зима

очень красное пошло
если уж на то пошло
я не то чтоб стала старой
просто чуточку устала
пью
все будет хорошо

но сама не могу

в зтом мире отринутом
где безлики политики
бесприютны художники
и велики кураторы
 что ни есть то не ново
только не постоянство
 и находят не слово
а его варианты
где прямая есть линия
параллельная многим
в этом мире 
богиня
ты богата безмолвием

ну а я не богата
помню кто-то когда-то
мне давал два таланта 
но не помню на что
я их в землю зарыла
а потом позабыла
а теперь уже поздно
не найду днем с огнем

да и вы не найдете
сколько вы ни ищите
сколько вы ни кричите
в телефонную трубку

сколько вы ни гараланьте
в телевизор и радио
я молю перестаньте
но сама не могу

днем я пугаюсь

днем я пугаюсь слов
их звонкой сбруи
ошибочную линию рисую
одну из бесконечных неясных неопределенных
оборванных не ставших линией
не стертых ластиком 
оставленных как есть 
в надежде никогда не вспоминать

а ночью  
в густой пыли утомленный всадник находит пульс тропы
и за бокалом красного вина прислушиваясь к шопоту копыт
 я с буквами и с кляксами на ты

осипу

я наливаюсь влагою листа
лист разливает тень густую
тень густая
таясь от солнца льдом под солнцем тает
таясь от солнца влагой под листами

я разрезаю лиственным узором
бесформенное месиво
в котором
раствор густого вязкого чернила
становится под солнцем хлорофиллом

сочится песня сладострастной стаи
лик насекомый липкими устами
сосущий ось земную
ось земная
под воском солнца ложку дегтя плавит
и славит ос с сосущими устами

царь насекомый хрупкими перстами
перебирает кружево по краю
внизу под нами
хранится соль земная
соль немая

на дне колодца

жаждущий зрит поток
не достать губами
алчущий видит плод
не сорвать руками

не напиться воды живой
из того колодца
только лизну
разгорится на языке соль
огненной язвой
кто молился кресту
привыкает к жажде

вот опять поют
со святыми упокой
в смерти ль приют?

стражду

что за страшной чертой?

нет черты
за зеркальною стеной
смерть разводит баржи

то не снится ль мне
за Стиксом
за страницею страница
разогнется книга жизни
синим небом развернется
гулким валом расшибется
явит значенье
на дне темного колодца
угасит горенье
горя

аз есьм!

итак
это lock
замок
я тычусь куда-то где
не открывают дверь
куда-то где не пускают

там не бывал никто
по крайней мере из тех
кого я знаю

итак
это прочный круг
квадрат порочный и куб
усильем упрямых рук
я все это тупо ломаю

итак
это долгий путь
дорога вдоль острой грани
между двумя полами

и вот мы по ней идем
ты держишь мою ладонь
и сам ты как на ладони
но я восклицаю
аз есьм!
ты мечешь рассеядый взгляд
что можно на это сказать?
конечно ты есть
в чем дело?

в действительности дорогой
тон был совершенно другой
тон был напряженный и злой
я сильно тебя задела
ты даже воскликнул
блядь!
и принялся воздух глотать
как окунь на дне ведра
как мотылек без ребра
или адам без евы

когда ты чтоб спрятать боль
захлопнул дверь за собой
аз есьм
повторило ребро без тела

штора

 на шторе тени
переплетенье ветвей куста
за шторой день и
его движенье и суета

за шторой полость
пространства плотность и полнота
а штора плоскость
холста и просто так пустота

за шторой поезд
ползет как полоз в длину гудка
на что мне поезд
попытка то есть бежать туда?

на шторе пропись
руки
вся повесть в квадрат листа
заштопать просит
сачок набросить на день труда

за шторой время
кидать каменья легка рука
за ней не все ли
три измеренья в длину гудка?

а я
да где мне?
мое везенье не напрокат
на шторе тени без измененья
лишь так слегка

тебе не отказать

тебе
передвигающейся в непривычной новизне
пространства никому не дорогого
среди собрания между собою незнакомых
гостей 
в убранстве гулких комнат
предметами ненужными семье
в бездомной неприкаянности дома
среди крикливых и всем надоевших споров
о том в чем разбираешься сама
о выгодных процентах на дома
поскольку сколько можно про погоду
тебе
весь день проведшей в суете
а завтра рано снова на работу
я  заявляю это не в угоду
не отказать в известной красоте

имя

мы строим дом не на песке а из опилок
и золото в эквиваленте денег не блестит
и не пришельцы а туристы в этом мире
но только назови меня по имени
пои
мени
и что такое имя?

имя

 и все вернется

вообей

мне не хватает рифмы на зубах
сытнее мяса
мне не хватает граней
в стакане воздуха рассеченном словами
и точности в словах
при неизменной торности пути
прорезанного резвою машиной
взамен далекой местности обширной
протоптанной стопою во плоти

я вообей
меня серей на ветке
лишь муравей
скучней меня лишь канарей-
ка в клетке
желтей которой луч на фоне туч 
лучше
когда он пробивается сквозь сучья

день силится пройти

день силится пройти
но солнце за окном -

однако это не поэзия а проза

передо мною предмет из прошлого 
столовый нож
сталь лезвия мерцая гранью целится в меня
уязвляя не плоть а память

 нож был доставлен московской даме ценившей все западное
из Западной в те времена Германии
в обыкновенном чемодане

позднее дама умерла оставив мне в наследсво нож 
так он попал в Америку

 в цейтноте предобеденного часа я вспомнила историю ножа
когда-то эту рукоятку 
сжимала упомянутая дама пергаментной рукой  
мне кажется что дерево впитало холод ее ладони
но лезвие ничуть не притупилось
как масло режет время

я склоняюсь к ране чтоб заглянуть в разрез 
где в глубине в богатой раме картина нашей дружбы
модернизм
два одиночества
два нахлеснувших друг на друга клина
один изображая прожитую жизнь написан бурой краской
 подтреснутой к углам
другой символизируя начало
переливается от бледно-желтого до темно-голубого

я всматриваюсь в геометрию картины
желая разглядеть что это было
простое наложенье форм 
или действительная встреча 
двух страждущих людей?
   
но солнце за окном -  
садится
и гасит луч ножа